Выборы, которых не было

В России завершились выборы в Государственную думу девятого созыва. Кому-то эта кампания показалась самой скучной за все время, а кто-то, напротив, может счесть ее образцово-показательной. Кажется, что в этот раз стояла задача: провести выборы так, как будто их не было. И это почти получилось.


Фото с официального сайта Избирательной комиссии Свердловской области.

Стабильность превыше всего

Если взглянуть на конфигурацию предыдущего созыва Государственной думы глазами руководства страны, то картина будет выглядеть вполне удовлетворительно. Государственная дума ни разу не подвела, все решения выполнялись дисциплинированно, нужные законы принимались без сбоев, и если надо — единогласно. С трибун Думы не звучало ничего крамольного и предосудительного, а если лидер КПРФ Геннадий Зюганов порой и говорил что-то этакое, то пресс-служба компартии сама же потом дезавуировала его слова.

В общем, никаких стимулов менять что-то в работе Думы у власти не было. Но выборы проводить все равно надо, поэтому идеальным их итогом было бы сохранение статус-кво, причем таким образом, чтобы сама по себе избирательная кампания не превратилась в фактор дестабилизации в обществе. Собственно, в этом и был главный вызов — провести политическое по своей сути мероприятие так, чтобы собственно политического содержания в нем было по минимуму.

План перевыполнен

Конкретный план на выборы был озвучен еще в начале 2026 года секретарем Генерального совета «Единой России» Владимиром Якушевым. По его словам, партия должна была получить 55% голосов (в абсолютных цифрах — как минимум 30 миллионов голосов) при явке не ниже 50%. Откуда взялись эти показатели, догадаться нетрудно. На прошлых выборах в 2021 году ЕР получила 49,8% голосов при явке в 51,72%. Поскольку каждый новый план должен быть лучше предыдущего, то планка в 55% выглядела и реалистичной, и привлекательной.

Понятно, что любой план следует немного перевыполнить, и «Единая Россия» с блеском это сделала, получив 57,9% голосов при явке в 59,2% избирателей. Это позволит ей по спискам получить 139 мандатов, что вместе с депутатами-одномандатниками даст единороссам фракцию почти в 350 депутатов. Остальным четырем партиям на всех досталась лишь сотня мандатов.

При этом по сути Государственная дума останется точно такой же, как и была: доминирующее положение «Единой России» при в целом уважительном отношении к системной оппозиции. Остальные парламентские партии получат несколько комитетов и должностей вице-спикеров. И если не брать персональный состав депутатов, новая Дума от прежней отличаться почти не будет. Как, собственно, и было задумано.

Когда мобилизация не нужна

Многим бросилось в глаза, что по количеству предвыборной агитации эта кампания была самой бедной. Причем слово «бедный» подходит здесь как нельзя лучше, поскольку многие кандидаты явно пытались сэкономить на выборах. Это можно объяснить не только политическими соображениями, но и экономическими — денег в стране в целом больше не стало, а смысла тратить их на выборы стало и того меньше. Кандидаты, которые успешно прошли согласование во всех инстанциях, справедливо решили, что выборы на этом сделаны и тратиться больше не надо. А их оппоненты рассудили, что раз все согласовано, то бороться смысла нет и деньги тратить попусту тоже не стоит. Сойдясь на этом, они оказались правы. Следствием такой синергии оказалось то, что из-за отсутствия агитации многие избиратели до последнего момента не догадывались, что где-то идут какие-то выборы.

Кроме того, в этот раз намного меньше, чем прежде, приходилось слышать об административной мобилизации избирателей. Не то, чтобы ее совсем не было, но казалось, что нагнетание явки в этом году точно не является приоритетом. Особенно если «качество» этой явки нельзя должным образом проконтролировать. И то, что в итоге явка составила аж 59%, на этом фоне кажется просто чудом.

Казус «Яблока»

Стройный и безупречный сценарий мог быть нарушен из-за участия в выборах партии «Яблоко». Тут стоит пояснить, что эта партия обладала «парламентской льготой», то есть по закону имела право на участие в кампании без сбора подписей. Поэтому стандартный фильтр в виде проверки подписей с ней бы не сработал.

Скорее всего, видеть «Яблоко» в бюллетене изначально никто не хотел. Чтобы не пустить «Яблоко» на выборы, можно было задействовать один из нескольких механизмов: убедить руководство партии добровольно отказаться от выборов; признать нелегитимным съезд по выдвижению кандидатов; отменить регистрацию по иску кого-то из конкурентов; индивидуально снимать кандидатов через привлечение к административной ответственности. В итоге был реализован третий механизм, который требовал минимального участия со стороны государства.

Осталось ответить на вопрос — чем же так мешало «Яблоко»? Рассуждения «яблочников» о том, что они могли бы занять второе место, стоит отмести как безосновательные. Второго места у них бы точно не было, и даже прохождение пятипроцентного барьера было бы большим сюрпризом. Не стоит забывать, что по социологическим замерам «Яблоко» обладает самым большим антирейтингом из всех партий.

Дело, скорее всего, было в другом. Само по себе участие «Яблока» придало бы выборам ненужную повестку и излишне политизировало бы их. Оно могло создать иллюзию, что на этих выборах решается нечто большее, чем вопрос о том, получит «Единая Россия» 320 мандатов или 350. А это явно не входило в планы политических администраторов. Поэтому шансов у «Яблока» не было изначально — и Григорий Явлинский об этом если не знал, то не мог не догадываться. Возможно, поэтому он с самого начала самоустранился от кампании.

Казус «Справедливой России»

Еще один сбой сценария мог произойти уже на следующий день после выборов. Внезапно оказалось, что партия «Справедливая Россия» может не преодолеть пятипроцентный барьер и не пройти в Госдуму по спискам. Это привело бы к изменению конфигурации внутри парламента, что, наверное, было не очень желательно.

Тут произошло еще одно чудо, и буквально под конец подсчета голосов результат «Справедливой России» вырос с 4,95% до 5,22%. В итоге справедливороссы получат самую маленькую фракцию в Госдуме.

На самом деле плохой результат СР был предсказан всеми социологическими службами. Рейтинг партии колебался в районе 4-6% и за время выборов не сильно изменился. Партия за 20 лет своего существования неизменно играла в «лояльную оппозицию», причем чем ближе были выборы, тем сильнее оппозиционность выходила на передний план, что позволяло им перед каждым голосованием чуть наращивать рейтинг. Но убедительно сыграть эту роль уже не получилось, трюк не сработал, и те избиратели, кто раньше голосовал за СР как за оппозиционеров, ушли к другим партиям. А придумать ничего нового справедливороссы не смогли. Теперь очевидно, что партии нужна глубокая перезагрузка, но есть ли на нее силы и ресурсы, пока не понятно.

Три года покоя

Следующие выборы в Государственную думу пройдут осенью 2031 года, а следующие выборы президента — весной 2030 года. То есть теперь наступит три с половиной года политического затишья, когда власть получит время на реализацию каких-то смелых инициатив, не опасаясь за то, как они повлияют на настроения избирателей.

В любом случае, выборы-2026 получились почти образцово-показательными, и через пять лет их сценарий наверняка захотят повторить. И хотя история в целом склонна быть непредсказуемой, лучше исходить из того, что так все и будет.

Алексей Шабуров