Версия о Шигирском идоле как пограничном столбе получила подкрепление

Версия о том, что Шигирский идол мог быть не изображением божества, а своего рода пограничным столбом, уже не первый год обсуждается историками и археологами. В последнее время об этом начала говорить и более широкая общественность.

В частности, такую версию можно найти в статье археолога Ирины Кашиной под названием «Большой Шигирский идол в контексте антропоморфизма доисторического мобильного и монументального искусства Европы и Зауралья». Статья опубликована в журнале «Краткие сообщения Института археологии» за 2022 год.

Несмотря на то, что статья вышла в этом году, она написана по материалам конференции, состоявшейся в Екатеринбурге в 2017 году. Но уже тогда прозвучала мысль о том, что Шигирский идол выполнял не сакральные, а другие функции.

«Представляется, что потребность в монументальных деревянных антропоморфных скульптурах могла возникнуть именно у оседлого населения. Столбообразная скульптура могла символизировать некую ландшафтную константу на территории стационарного поселения или около стационарного жилища (как, возможно, было в Сарнате, Швентойи 2б и на Горбуновском торфянике)», — говорится в статье.

О том, что Шигирский идол мог быть своеобразным пограничным столбом, обозначавшим территорию древнего поселения, говорил недавно и историк Андрей Ермоленко.

«Назначение этой фигуры далеко не факт, что было религиозным и связано с какими-то религиозными практиками древних жителей Урала. Вполне возможно, что эта фигура, которая изображает человека, являлась неким охранным знаком, установленным, возможно, на границах какого-то крупного человеческого сообщества, и выполняла роль такого пограничного столба, показывая представителям других племен, что дальше следует запретная территория. Вера древних людей была связана анимизмом и тотемизмом — верой в божественные силы природы, в олицетворение божеств в виде животных, но не в человеческом обличье. Можно, наверное, подумать в другом направлении — представить этот предмет в виде яркого памятника материальной культуры и скорее ко Дню пограничника его привязывать», — предполагал он.