Путин как данная нам реальность

На первый взгляд, суть высказываний президента Путина в ходе его общении с народом и фон, на котором это происходило, настолько плохо согласуются между собой, что для постижения совокупного смысла происходящего на экране телевизора и в окружающей нас жизни, приходится прибегать к философским категориям. Действительно, реальность, данная нам в непосредственное ощущение – это не относится к тем, кто ездит в машине и проводит время в офисах и квартирах с европейским дизайном, – свидетельствует, мягко говоря, о «сложности жизни». И эти впечатления достаточно легко объективировать во вполне оптимистичное – «жизнь, как никогда, богата разнообразием».

Информация, транслируемая для нас СМИ, распадается на две, параллельно существующие «реальности», каждая из которых достаточно легко объективируется по отдельности, но вместе этой операции поддаются с трудом, вернее, поддаются, но получается что–то весьма несимпатичное.

В «первой реальности» идет война в Чечне и гибнут заложники в Москве, скины бьют негров и таджиков, в армии недели не проходит без дезертирства, людям по несколько месяцев не платят их смехотворно маленькие зарплаты, все дорожает, протекают потолки, бастуют работники ЖКХ, жильцы домов замерзают. На днях насмерть замерз в собственной квартире ветеран Великой Отечественной войны. Словом, эта «первая реальность» объективируется в полный кошмар – разруху или «последний день Помпеи».

«Вторая реальность» гораздо более нарядная. Там идет какая–то война за «Славнефть» и право контролировать телеканал ТВС. Там, разбившись на два лагеря, воюет между собой высший командный состав российской армии. Там кто–то скупает акции РАО «ЕЭС», а владельцы ЮКОСа, ЛУКойла, ТНК и «Сибнефти» создают консорциум для строительства нефтепровода и Мурманского нефтяного терминала и готовятся к «вертикальному интегрированию» «Газпрома», который уже некоторое время ходит под угрозой реформы. В общем, в этой реальности происходит много интересного и не совсем понятного, и это «нечто» можно «объективировать» в банальность типа – «живут же люди».

При попытке объединить эти две реальности получается что–то такое пугающее типа «революционной ситуации» по Ленину – «низы» уже совсем дошли до ручки, а «верхи» все еще думают, что они все могут. Объективируется это в такую неприятную вещь как «классовая ненависть» – для тех, кому уже нечего терять, кроме льгот на проезд и оплату услуг ЖКХ, или – для тех, кто, не принадлежа к «верхам», все же имеет кое–что, чего было бы жаль лишиться – в муторное состояние, которое более двадцати лет назад Булат Окуджава назвал ощущением «позора и бессилия».

И вот все это разнообразие непересекающихся миров российской жизни получило разрешение в простых ответах президента на заковыристые вопросы рядовых граждан. Поразительным образом каждый ответ «снимал» признаки конфликтности, заложенные в вопросах. Прямо по законам диалектики, слегка поборовшись, противоположности сошлись в единстве, а разнообразие плохо поддающихся осмыслению впечатлений через взаимное «отрицание» перешло в новое качество – «в целом все нормально».

Позиция президента (и в целом, и по каждому отдельному вопросу) предстала перед народом как совершенно безупречная: возразить нечего, он во всем прав, он умен, доброжелателен и явно старается сделать, как лучше. Сразу стало как–то легче – и президент хороший, и вообще «все нормально». Только непонятно, что делать с тем, другим знанием. Наверное, лучше всего забыть.

И принять новое, готовое, гораздо более приятное и, что очень важно, уже объективированное знание. Осталось только проглотить – постижение российской жизни уже произошло в форме самопознания абсолютной идеи, материализовавшейся на нынешнем этапе исторического развития в виде «Президента РФ В.Путина», который время от времени являет себя (через телеэкран) в качестве реальности, данной нам в непосредственное ощущение.
<iframe src="h