Если в прошлые годы ограничения в Екатеринбурге обсуждались долго и принимались ближе к середине сезона, то сейчас власти стали действовать быстрее. Уже в начале апреля было анонсировано новое соглашение с кикшеринговыми сервисами. Оно предусматривает расширение зон запрета, а также зон, где скорость самокатов должно быть снижена.
Но главная новация этого сезона: установка в центре города знаков «Движение СИМ запрещено». Оно будет распространяться не только на арендные, но и на частные самокаты, а также сигвеи, моноколеса, гироскутеры, электровелосипеды. Знаки появятся в квартале центральных улиц: Вайнера — Антона Валека — переулок Химиков — Горького — Пушкина — Малышева. То есть, ездить на самокатах в самом центре Екатеринбурга станет практически невозможно — при условии, что самокатчики будут эти правила соблюдать.
Подобное расширение запретов стало во многом неожиданным. Еще в прошлом году городские власти были гораздо более лояльны к самокатчикам.
«Мы идем по пути нахождения баланса. Есть большое число горожан, которые самокаты используют. И есть большое количество пешеходов, которые недовольны ими», — говорил ровно год назад глава Екатеринбурга Алексей Орлов.
Почему концепция изменилась, до конца не понятно, возможно, дело в том числе и в политической ситуации. Депутаты разных уровней — от Государственной думы до городской думы — выступают за запрет или строгое ограничение самокатов. А вот публичных защитников у самокатчиков в политическом пространстве почти нет. При таком раскладе и таком давлении муниципальным властям сложно сопротивляться и выдерживать тот баланс, о котором говорил мэр.
При этом проблема с самокатами, конечно, есть. Нехитрые правила езды на них часто нарушаются (и это видят все): люди так и продолжают ездить вдвоем, разрешают кататься детям и подросткам, пересекают пешеходные переходы не спешиваясь. Вне всяких сомнений, это создает угрозу для безопасности пешеходов. Но являются ли запреты адекватным способом повышения безопасности?
Тут сама собой напрашивается аналогия с недавними ограничениями интернета, в том числе, с мессенджером Telegram. Они тоже вводятся для повышения безопасности — и от мошенников, и от беспилотных атак. Но от них страдает и огромное количество рядовых пользователей, которые успели привыкнуть к удобным и доступным сервисам. Люди хотят пользоваться Telegram, люди хотят ездить на самокатах (не все, но многие) — и тотальные запреты лишают их этой, уже ставшей привычной, возможности.
Разумеется, нужно делать поправку на масштаб: ограничение Telegram затрагивает куда большее число людей, чем запрет самокатов, плюс у самокатов все-таки больше противников. Но сам механизм, по которому в обоих случаях действует власть, похож — запрет становится способом решения всех проблем.
Есть и еще один момент, который касается конкретно Екатеринбурга. В последние годы город активно позиционирует себя как молодежную и студенческую столицу (в этом году в городе пройдет Международный фестиваль молодежи). Но ведь именно молодые горожане и гости города являются основными пользователями самокатов. И в данном случае запреты бьют именно по ним. Понятно, что отношение молодежи к городу от этого лучше не станет — и, возможно, кого-то даже подтолкнет к мысли уехать из Екатеринбурга. В стратегическом плане это сыграет против города.
Наверное, нужно оговориться еще раз: проблема с самокатами действительно есть, и ее нужно решать. Но решается она сложно. Необходимо развитие инфраструктуры, которая развела бы потоки пешеходов и самокатчиков. Также необходимо повышение культуры вождения и соблюдение минимальных правил безопасности (не ездить вдвоем, не давать самокаты детям, спешиваться). Решить эти задачи быстро не получится. Запрет же объявить быстро — к тому же он даст мгновенный, но краткосрочный политический эффект. Обратной стороной станет дополнительное недовольство молодых и экономически активных людей, которые после блокировок интернета и так раздражены не на шутку.
«Политсовет»
Информационное агентство «Политсовет» 2003-2021